Подойдя к лифту, Косутик внимательно изучила расписание дежурства. Напротив Хайджези стояло: “Технический сектор”. Неплохая подобралась команда. Но уж больно все молодые. Да, черт возьми, чересчур молодые. Но, с другой стороны, восемнадцать месяцев подготовки вполне приличный срок, тем более что в основном всех отправили в Стальной батальон, здесь же остались избранные, лучшие из лучших.

Лужа крови впечатляла, но нащупывать пульс было уже бесполезно, к тому же это отдавало бы неуместной театральностью. Остаться живым, потеряв столько крови, еще никому не удавалось. Она лихорадочно соображала, затем передала по рации:

— Караульный старший сержант Косутик. В техническом отсеке ЧП. Личный состав не извещать! — и выключила передатчик.

Охрана свяжется с Панером, и к убийце никаких сигналов не поступит, так как передатчики пехотинцев будут сразу заблокированы. Если этого не сделать, то злоумышленника кто-нибудь сможет предупредить.

Вытащив из-за пояса убитого сенсорный щуп, Ева просканировала им поверхность люка. Явные следы не регистрировались. Набрав секретный код и пройдя сквозь открывшуюся дверцу, она быстро и бесшумно устремилась вперед. Тело еще не успело остыть, и кровь только начинала свертываться. “Наверное, он не мог далеко уйти”, — размышляла она. Однако не была бы Ева старшим сержантом, если бы хоть на секунду засомневалась в этом “наверное”.

— Внимание! Говорит старший сержант Косутик, — она вновь включила передатчик. — Повторяю еще раз: сигналов тревоги не передавать! В техническом отсеке диверсия. Ваш охранник мертв.

Она поводила щупом в разные стороны. Признаки следов фиксировались во всех направлениях, но большинство сигналов шло прямо по курсу. За исключением, пожалуй, одного. Самый свежий след прощупывался где-то слева.